На отжатой заповедной земле в бору Серпухова Александр Шестун построил дворец в стиле губернатора Хорошавина! Лесфонд требует вернуть земли в казну!

«Ока-инфо» в прошлом номере рассказывала о ситуации, сложившейся вокруг Александра Шестуна и его семьи. Напомним, на днях Комитет лесного хозяйства правительства Подмосковья обратился с исковым заявлением об изъятии земли, на которой находится дом главы Серпуховского района в Большевике на улице Тимирязева. Основанием для обращения в суд стало якобы частичное наложение его земельного участка на земли лесного фонда, которое, по словам истца, было определено при помощи РГИС МО — Региональной географической информационной системы Московской области (не существующей с января 2017 года). По мнению истца, информация, полученная из РГИС, является достоверной и допустима в качестве доказательства по делу.

Неделю назад мы обратились к Александру Шестуну с просьбой прокомментировать эту историю. В частности, он заявил, что не согласен с требованиями  Комитет лесного хозяйства правительства Подмосковья, т. к. «прежде чем переехать в Большевик проштудировал все документы вдоль и поперёк — аукционные, акт выбора земельного участка, бумаги о формировании участка, согласования в кадастровой службе, земельном комитете, лесхозе… По планшетам лесоустройства, которые находились и находятся сейчас в ОЛХ «Русский лес» и в «Мослеспроекте», эти земли расположены вне границ лесфонда, с ними они лишь соприкасаются. А так как участки граничат с землями лесфонда, по закону, администрация согласовывала акт выбора земельного участка с лесной службой. Руководитель ОЛХ «Русский лес», который имел все полномочия, поставил все подписи и печати, подтвердив, что территория вдоль улицы относится к категории «земли населённых пунктов».

Сегодня мы решили выяснить отношение к ситуации у родных Александра Шестуна и людей, не имеющих отношения к его семье.

Юлия Шестун, жена:

— Лично меня ужасает верх циничности тех людей, которые писали заявление в суд. Ведь зная ситуацию, обладая образованием, имея на руках наши документы, они пытаются своим иском доказать, что чёрное это — белое, а белое — чёрное. Имея юридическое образование, могу сказать, что исковое заявление было составлено с грубейшими нарушениями ГПК, в нём даже не было данных ответчика! Но серпуховский суд, пусть не сразу, а как говорят, по звонку сверху, взял его на рассмотрение. И это не может не вызывать возмущения, раздражения, и даже состояния безысходности. Вообще никогда не думала, что политическое пикирование может выйти за грани рабочих отношений и напрямую отразиться на семье.

Конечно, дома обсуждается ситуация и дети задают разные вопросы, на которые у меня нет ответа. Например, дочь Маша сейчас готовится к экзамену по обществознанию. Она изучила вопрос и спрашивает: «Получается, всё что мы учим на уроках в теории о праве, разделении властей расходится с практикой? Почему так?». Мне сложно ей это объяснить, но приходится, оперируя понятиями «двойные стандарты» и «административный ресурс».

Мы живём в красивом месте, но рядом у нас грунтовые воды, которые подтапливают цокольный этаж. С одной стороны, по-соседству расположено стрельбище военной академии и мы часто находим пули возле дома, с другой стороны вплотную к нам расположена огромная канализационно-насосно станция, глубина которой около 20 метров. Она перекачивает на очистные сооружения все стоки из Оболенска и Большевика и от неё исходит характерный запах. Но при всём при этом мы любим свой дом, нам нравится Большевик и просто так сдаваться мы не намерены. В интересах своих детей мы будем биться за то место, где живём. Может быть, произойдёт чудо и слушание дела пройдёт не в Подмосковье, а в любом другом регионе — Москве, Туле, Калуге. Для нас это надежда на объективное рассмотрение дела без использования оппонентами «телефонного права».

С момента вхождения в политику, муж сразу обозначил свою позицию — он не приемлет давления. Оно им всегда воспринимается негативно. Конечно, из-за этого он имеет проблемы. После «несогласованной» победы на выборах в 2003 году, его почти год «прессовали», потом была история с прокурорами. Я, как женщина, чаще выступаю за более мягкую позицию, но переубедить мужа не всегда могу. При этом во всём его поддерживаю… Сейчас опасаюсь состряпанных уголовных дел. Знаю, как это делается…

Мой муж не заслуживает такого отношения к себе. Не знаю других глав, которые бы рисковали здоровьем и свободой, отстаивая интересы района, ставя их выше интересов семьи.

Я прекрасно вижу, как он переживает за то дело, которому посвятил почти 14 лет жизни.  Поэтому, глядя в глаза любому, могу сказать, что горжусь мужем и тем, что он сделал для Серпуховского района.

Оригинал

Login

Lost your password?